Хозяйства и общества

«Сайты Заповедника»

Министерство поручило Заповеднику обзавестись сайтом. Мухортин поручил заниматься сайтом Хореву – как, в очередной раз, самому грамотному. Но при этом исполнителя он нашёл и нанял своего – примерно по тому же принципу, как выбирал художника для реконструкции гретира. Знакомого студента, судя по всему, или своего родственника, или родственника кого-то из знакомых.

— Нахрен нам этот сайт сдался, — бурчал старорежимный Петрович.

— Век интернета, — пожимал плечами Хорев. – Если тебя нет в интернете, то тебя нет нигде.

— Фигня какая-то, — не унимался Петрович. – Вот отключат свет, пойдут веерные отключения по районам, как десять лет назад – и где будет их интернет? Без электричества даже вода в квартиры на верхние этажи не подаётся.

— Петрович, не зуди. Министерство сказало – сайт – будет им сайт. Директор сказал взять студента – возьмём студента.

— Лучше б студентку. Ты-то как-то из положения выходишь, а я мужчина, хоть и в годах, но крепкий.

Личную жизнь практически невозможно скрыть от человека, с которым живёшь в одном доме, пусть и в разных его половинах. Люси приезжала в Заповедник всего раза три, и никогда не оставалась на ночь, но то, что кто-то у Хорева есть на Большой Земле – чувствовалось.

— Блин, ну нет в Достославле свободных студенток для нас, стариков. Особенно, таких, чтобы здесь по несколько дней жили, атмосферой проникались.

— От этой атмосферы сгниют не только студентки, но даже такие проспиртованные перцы, как мы. Студент-то за еду работает?

— По-моему, за еду…

При этих словах с неба припустил ливень как из душа, при этом с деревьев вокруг посыпались созревшие маньчжурские орехи, которые застучали по жестяной крыше как пули от крупнокалиберного пулемёта.

Хорев решил не дожидаться студента и изучить вопрос самостоятельно. Каково же было его изумление, когда он обнаружил три уже существующих сайта Заповедника и нечто, именуемое «Анти-сайтом». Дождь продолжал лютовать, поэтому Хорев не пошёл вокруг на директорскую половину, а пригласил кадрицу, которая сидела в соседнем чулане.

— Это что? – лаконично ткнул Хорев пальцем в монитор, на котором было открыто четыре окна с названиями, в которых фигурировала Кленовая падь.

— Сайты. Нашего заповедника. – Светлана явно была здесь где-то причём, забеспокоилась и старалась говорить обдуманно. Отвечала не сразу.

— Вы – наверное, один из старейших сотрудников, отвечающий, к тому же за делопроизводство. Почему такой разнобой и их так много?

— Ну, первый сайт появился когда они только в моду вошли, — начала осторожно говорить Светлана Поликарповна. – Сперва сделали вот этот, — она ткнула пальцем в окошко поцветастее. Был у нас лесник Синицын, очень грамотный. Он мне ещё замуж предлагал. В компьютерах разбирался. В те года у нас не было ни директора, ни замов – опять их сняли куда-то, — немолодая крашеная тётка с неодобрением посмотрела прямо в лицо Хореву, словно ожидая, что его сейчас, буквально сию секунду, тоже снимут. – Поэтому там перечислены только рядовые сотрудники… Светлана Поликарповна ловко ткнула куда-то пальцем, из чего Хорев сделал вывод, что она делала это неоднократно, и в окне высветилась галерея фотографий разных людей. Часть из них была знакома, часть – нет. — Вот, уже половина отсутствует. Семёнов уволился, Воронин умер, Николаенко умер, Державин с моста упал и инвалидность заработал пожизненную… Хорев вспомнил, что в контору на имя некоего Воронина иногда с Большой Земли приходили какие-то письма с вопросами. Он, как и вся дирекция, недоумевали. Сейчас же выяснилось, что Воронин уже лет семь лежал на призаповедном кладбище.

— А что потом его не исправили? Не привели в соответствование требованиям, так сказать?

— Так уволился лесник Синицын, — пожала плечами Авдеева. – А доступа к сайту кроме него не было ни у кого. Как и к следующему сайту. Его при очередном директоре сделали, мадам евоная. Видите, он будто с рюшечками какими-то?

Следующее окно радовало глаз фотографией уже до тошноты осточертевшей Хореву конторы – она, видимо, ассоциировалась с Заповедником у подавляющего большинства личного состава. Как, видимо, с его задачами и целями. Да, Заповедник – это Контора, именно так. Но фотография конторы была взята в розовую широкую рамку, на которой были размещены белые цветы, золотые узоры и радующиеся овечки.

— Оговорка по Фрейду, — хмыкнул Хорев. – Гадание на замужество.

— Какое замужество, — зашипела Поликарповна, словно щитомордник. – Пенделя им выписала академия наук. Небось бывший начальник в городе сортиры моет, и Ленка на панель пошла. Самое ей там место.

— Доступ у нас какой-нибудь есть к этому ресурсу? Или к его создателям?

— Откуда? Как их уволили, так о них никто и не слыхивал.

— А сайт остался, угу, — покачал головой Хорев.

Автор следующего сайта, судя по всему, был латентный украинец – фотографий на нём было очень немного, зато много текста. Жирного, синего, на жёлтом фоне.

— Это мой, — с гордостью сказала Поликарповна.

— Сами делали? – с оторопью посмотрел на неё Виктор.

— Не, куда там сама. Племянник мой, из кулинарного техникума. Его там всякому учили. Сделай, говорю ему, по-настоящему красиво! Он и сделал.

— По своей инициативе?

— Ну, я ж слышала – говорят – нужен сайт, нужен сайт. Вот, скажут, нужен сайт – а у меня уже готовый, копейки народной Заповеднику не стоил, племяш мой за всю мою доброту ко мне уже сгородил, — и старая грымза постаралась льстиво заглянуть Хореву в глаза. – Ведь нужен сайт-то сейчас, а?

— А это что такое? – Хорев с ловкостью фокусника закрыл все три окна и из под них выскочило четвёртое. Красивый жёлто-красный осенний пейзаж был перечёркнут наискось чёрными, словно нанесёнными малярной краской буквами. «Кленовая падь. Антисайт».

Хорев перевернул страницу. На фоне струящейся речки (Хорев узнал следующий поворот на Кленовой, чуть выше усадьбы) толпился какой-то цирк уродцев, вырезанный из каких-нибудь карикатур времён «Окон РОСТа» или Кукрыниксов.

— Это лесники, — пробормотала Поликарповна.

— Это? – Хорева ткнул мышкой в какого-то крысообразного клыкастого хмыря со звериными когтями на пальцах, во френче и военных сапогах. Скорее всего, он изначально изображал кого-то из американских или израильских военных прихвостней. – Похож, не поспоришь.

— Нее, — Поликарпова выглядела обрадованно-удовлетворённой. – Это выыы… Вот тот, который в цилиндре и с галстуком – Мухортин. А этот, с нагайкой и в папахе – Владимир Петрович.

— А, стало быть, это мы, — протянул Хорев.

— Ну это лесники, лесники так шуткуют… Так вас видят, так сказать…

— Шутят они, — хмыкнул Хорев. Вопреки видимым ожиданиям Поликарповны он не выглядел ни рассерженным, ни даже раздосадованым. – Шутку я эту, разумеется, покажу сейчас директору. Не сомневаюсь, он оценит.

— А мой сайт, мой, вам пригодится на что-то? – быстро спросила Авдеева, стараясь быть нужной.

— К Мухортину с этим.

Дождь закончился, и Хорев пошлёпал на директорскую половину.

— В общем, у нас есть не один сайт заповедника, а целых три. И ни к одному из них у нас нет доступа. И ни у кого нет, — Хорев из гуманистических соображений решил не выдавать Авдееву. А из соображений душевного спокойствия решил не рассказывать про антисайт. Ну, придумали мужики игрушку, пусть душу отводят. Всё лучше чем писать докладные в ту же прокуратуру. – Кладбище умертвий.

200

По материалам

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»